- Да... - проговорил я, подумав. - Да. В большинстве случаев лучше говорить детям правду. Это как бы облегчает им жизненный путь... Только зачем притворятся, будто это миф?

Джозелла с сомнением взглянула на меня.

- Что ты имеешь в виду? Триффиды... ну, я признаю, триффиды были чьим-то злым умыслом или ошибкой. Но всё остальное...

- За триффидов, мне кажется, никого винить не стоит. Триффидные масла были очень ценным продуктом. Никому не дано знать, к чему ведёт великое открытие, всё равно какое - новый вид двигателя или триффид, и до катастрофы мы управлялись с ними превосходно. Они являлись для нас благословением, пока обстоятельства не сложились в их пользу.

- Да, но обстоятельства изменились не по нашей вине. Это было... ну, вроде землетрясения, урагана, - то, что страховые компании определили бы как стихийное бедствие. А возможно, это был страшный суд. Ведь не сами же мы сотворили комету.

- Не мы, Джозелла? Ты вполне уверена в этом?

Она повернулась ко мне:

- Что ты подразумеваешь, Билл, как мы могли?

- Что я подразумеваю, моя дорогая, - была ли это вообще комета? Ты понимаешь, что существуют старые суеверные глубоко укоренившиеся подозрения насчёт комет. Я знаю, мы были достаточно современны, чтобы не молиться им, упав на колени на улице, но всё равно эта фобия пережила века. Они служили предзнаменованиями и символами гнева небес, предостережениями, что конец в руках Господних, а также фигурировали в некоторых историях и пророчествах. Таким образом, когда вы имеете загадочное небесное явление, что может быть естественнее, чем связать его с кометой.

Отказ от этого заблуждения потребовал бы времени, но времени как раз и не было. А когда последовало всеобщее бедствие, это только подтвердило для всех, что то была комета.

Джозелла посмотрела на меня очень пристально: