Но наутро их ждали новые неприятности. Проснувшись, Тинг первым делом кинулся к лежащему на полке бумажнику, раскрыл его, достал оттуда трижды проклятую трех с половиной проглотовую банкноту и с недоумением посмотрел вокруг.

- Слушай, Арни, ты не брал отсюда денежку? - спросил он с надеждой в голосе.

Арни отрицательно покачал головой, встал и подошел посмотреть. В бумажнике больше ничего не было. Ни следа вчерашней десятки. Тинг чуть не наизнанку его вывернул - бумажник был совершенно пуст. Накануне там хоть оставались какие-то обрывки от погибших бумажек, а теперь... Но Арни не надеялся, что история с ланкарийскими деньгами так вот просто завершится. Он давным-давно перестал надеяться на такие удачи. И оказался, как всегда, прав.

За завтраком Тинг был молчалив, что-то сосредоточенно обдумывая. Поев, он сказал:

- Придется снова старикана этого разыскивать, если он еще не уехал. Дай-ка мне десятку, что ли, заодно куплю продуктов каких-нибудь.

Арни достал из шкафчика бумажник с их общими финансами, сел к столу. Из бумажника торчал край какой-то купюры. Нехорошее предчувствие кольнуло его в сердце. Он раскрыл бумажник и остолбенел.

Отделение, в котором лежали их запасы местной валюты, было в полном порядке. Но другое, более толстое отделение, где лежало все, что осталось у них после последних выплат - бог ты мой, что там творилось! Как будто маленький ребенок изрезал банкноты ножницами - обрезки и клочки разноцветных бумажек тут же как конфетти усыпали колени Арни - и вместе с ними упало и сочно шлепнулась на пол что-то плоское.

- Ч-что, что это такое? - еще не понимая, спросил Арни. Он понимал пока лишь одно - они с Тингом остались практически без денег. И теперь им нечем будет оплатить не то что стоянку в космопорте, но даже таможенный сбор при вылете. А значит, впереди было неизбежное банкротство, и эта старая развалина должна была пойти с молотка на металлолом - вряд ли найдется дуралей, который согласится купить ее в качестве звездолета.