– Кать, ну подожди.

– А чего ждать? Ты мне все популярно разъяснил. Для твоей торговой точки я не гожусь.

Андрею вдруг стало жаль расставаться с продавщицей – конечно, это «черт не метле», зато все ее знают, и она знает всех. …А насчет кондиционера, может, она и права…

– Вентилятор я завтра привезу, хочешь? – кинул он последний козырь.

– Привози. Хоть Ольга во благе поработает, – Катя взяла пакет, – за отработанные дни зарплату отдашь или потом зайти?

Андрей понял, что даже если не отдаст деньги, то удержать ее все равно не удастся – зато, какая слава пойдет о нем среди потенциальных покупателей!..

– Возьми из кассы, – разрешил он.

– Думаешь, я уже восемьсот рублей наторговала? – Катя рассмеялась, – святая наивность…

Она вышла из подсобки и открыла кассу.

– Тут триста с «хвостиком».

Андрей со вздохом достал пятисотку, и Катя небрежно сунула ее в карман.

– Значит, я забираю еще двести семьдесят, – уточнила она.

– Хватит тебе. Этот тридцатник…

– Порядок, есть порядок. Проворонила, значит, сама виновата, – отсчитав деньги, она сунула их в тот же карман. Огляделась так, словно никогда больше не вернется сюда, даже в качестве покупателя, и не придумав, чем бы красиво завершить отношения, сказала примирительно:

– Кстати, Танька Соколова рвалась сюда. Имей в виду.

– У нее ж ребенок маленький.

– И что? Ребенок с бабушкой. А соскучится… ну, побегает тут полчасика. Зато девка ответственная. Она своему Лешке скажет, так он все дырки собственноручно заделает, причем, на халяву. Это так, информация к размышлению.

Катя вышла на крыльцо и невольно остановилась. Да, в магазине было душно, но там воздух, будто лежал ватным комом – здесь же он лениво ворочался, отталкиваясь от деревьев, заборов, и каждое его прикосновение обжигало кожу. Катя представила, каково людям, которые толкались в проезжавшем мимо автобусе, и решила, что лучше всего идти домой, тем более, она еще не придумала, что предпримет дальше.