Шеф у меня большой и очень грозный. Двадцать лет назад он был чемпионом по боксу Забайкальского военного округа в тяжёлом весе. Почётная грамота в коридоре висит. Я тут давно всё облазил, всё высмотрел. Воспитание у меня такое… Видели бы вы моих воспитателей, ещё не так бы лазили! И, хотя при назначении в ЗаБВО Шеф наверняка получил напутствие "Забудь Вернуться Оттуда", понемногу он всё-таки возвращался. За эти двадцать лет уже до Урала дошёл.

Я тоже домой вернусь. И гораздо быстрее.

— И проиграете, — в голосе "внимательная настороженность". — Мне не терпится узнать, где мои деньги.

На самом деле, мне не терпится послать его к чёрту, найти Катерину и сделать вид, что нас искали. Того что упрятано в кармане плаща вполне достаточно для такого "удовольствия". И для многих других тоже.

— Ох уж эта немецкая педантичность!

Он берёт со стола конверт и бросает мне.

Я уже устал ему объяснять, что Австрия — это не пригород Германии. Что никакой я не "немец". И что мне не нравится такое обращение с деньгами. Тем более, с моими деньгами. Но сегодня свою роль приходится играть особенно тщательно. Не дай Бог ошибиться!

С радостной улыбкой ловлю зарплату. Был бы хвост — завилял. Вскрываю конверт, без приглашения усаживаюсь на стул возле двери и старательно пересчитываю. С особым удовольствием отмечаю, что о премии бухотдел не забыл. Приятно. Теперь главное — не переиграть, за мгновение до гнева начальства поднимаю просветлённый взор и, восторженно шурша купюрами, спрашиваю:

— Ещё работа?

Шеф доволен. Ему по душе простые бесхитростные парни, которым некуда бежать из этой забывшей Бога крысиной норы под названием "Новые услуги". Все мои приключения у него в компьютере. Вся моя жизнь в его огромных, поросших рыжим волосом, ручищах. Я весь у него на ладони.