Но про себя Рон знал, что хочется чего-то вот такого, сильного и необычного, но где ж его взять? Ученичество, настоящее, с инициацией — денег стоит, а тут — нате, пожалуйста, маг. Ну и что, что странный? Зато за просто так учит. Ну, не совсем запросто, зато круто.

И, подлизываясь к хозяйке, Рыжий все ждал и ждал, что вот, однажды вечером распахнется дверь и на пороге появится сгусток самой тьмы с пронзительным взглядом, и тогда он, Рональд Грин, сын Джона Грина, конечно, попросится в ученики, если к слову придется.

А как он будет жить потом, и куда пойдет, закончив обучение — так это он

сам для себя решит, и никакой Черный Мастер ему не указ.

* * *

"… Десять лет, а ему хоть бы хны — и не изменился совсем.

— Что, вот совсем ничуточки? А…

— Да ты не глазей, не глазей так, дурень! А то зыркнет в ответ — и все,

если и не помрешь, так на девку тебе уж незачем будет влезать…"

"… А потом возвращается, сам дрожит, глаза в разные стороны смотрят, и заикается, заикается — все рассказать не может, что же он видел-то в доме Черного Мастера…

— Так и не рассказал?

— Какое там! В город лечиться возили, заикаться-то перестал, зато память отшибло. Не помнит, говорит, дом как дом, нет там никого…"

"… А вот засуха какая стояла, и дуб посередь деревни грозой разбило, а теперь еще и Он объявился — ой, беды жди…"

Все это, и многое сверх того, слышал у себя за спиной Тесс, вышедший "в люди" ровно до главного — впрочем, оно было и единственным — питейного заведения ближайшей от дома деревни.

На следующий день, инспектируя уже следующее село и следующий деревенский кабак, он слышал все то же, но в версиях более заковыристых и излагавшихся с большим увлечением и — а тут включилось уже обретенное за время отшельничества умение слышать оттенки эмоций потоньше — большим страхом.