Особенно недостижимыми идеалами казались Володару полулегендарные вожди и цари той далекой эпохи, когда Арьяварта еще только начинала свой путь к имперскому великолепию, а разрозненные древними катаклизмами племена ариева корня не подозревали о своей эпической судьбе. О, то воистину была Эпоха Завоевания, Эпоха Героев! И Вожди, дерзнувшие мечтать о чем-то большем для своего народа, нежели доставшееся по наследству, запомнились потомкам как Полубоги… Казалось, души тех древних владык не ведали сомнений и страхов. Это были яростные и отважные мужи, презиравшие слабость и смеявшиеся над церемониями, не дураки выпить и закусить, причем – в чертогах покоренных княжеств и царств, но готовые преодолеть на пути к своим целям любые препятствия и лишения. В дальних походах добывали они славу себе и своему народу, гордо бросая почтительно склоняющимся перед ними иноземцам: «Народ Рос непобедим, покуда на свете есть Война и Мечи!». Они достойно жили и с честью умирали – в светлых палатах, окруженные детьми и внуками, в сече – на поле своей последней, посмертной победы, или бросались грудью на меч, чтобы избегнуть плена в случае неудачи… И время снова потребовало подобных Героев. Как может дерзнуть сравниться с ними вчерашний мальчишка, титул царя по отношению к которому звучал подобием насмешки?

Нет, стороннему человеку было не в чем упрекнуть Володара. После бессонных ночей над древними хрониками он принимал верные решения и на советах с боярами, и во время дипломатических приемов, когда заморские гости всяк на свой лад сплетали липкую паутину обещаний, лести и угроз, пытаясь склонить Арьяварту на свою сторону в гремевших или только готовившихся войнах. Ведя за собою воинство народа Рос и дружины союзных племен, молодой царь раз за разом в зародыше пресекал далеко идущие амбиции степных разбойников.