В начале главы я уже говорил о том, что данные об умственной отсталости большинства питомцев «Лебенсборна» не более чем пропагандистская утка. Но откуда она взялась? Где-то, как в Норвегии, ее появление объясняется ненавистью ко всему, что связано с гитлеровским режимом (при котором, однако, многие норвежцы устроились очень даже неплохо и даже воевали на Восточном фронте в рядах СС, что не мешало им после войны измываться над ни в чем не повинными малышами). А в остальных странах? Например, в США, где существовала целая программа по изучению итогов проекта «Лебенсборн»?

И вот тут я наткнулся на некоторые странности. Как вы думаете, дорогие мои читатели, кому надо было бы поручить оценку результатов «Лебенсборна»? Наверное, выдающимся ученым-медикам? В общем-то американцы так и сделали. Однако курировал этих медиков не какой-нибудь научный институт, а Управление стратегических служб (УСС) США. Для тех, кто не в курсе: именно эта структура вскоре стала широко известна под аббревиатурой ЦРУ.

Изучение питомцев «Лебенсборна» проходило в обстановке строжайшей секретности. Сотрудники американских спецслужб вывезли их из Германии в наглухо закрытых вагонах, а в США поместили в отдельный корпус, территория которого была окружена высоким забором с колючей проволокой. В общем, все как в плохом фильме про шпионов. Впоследствии ни один из «подопытных кроликов» так и не вышел на свободу. О результатах исследований тоже ничего не сообщалось.

Даже Дома ребенка, из которых взяли несчастных детей, вызывают массу вопросов. Их было два — Ингольфинген и Оплабург. Если первый достаточно хорошо известен — к 1945 году там находилось около тысячи детей, — то второй не значится ни в одном из имевшихся у меня списков. Секретный объект? Что за дети там содержались?

Наверное, эта тайна так и осталась бы навсегда скрытой от меня, если бы не случай.