В 1966 году границу между Болгарией и Грецией — фактически между Западным и Восточным блоками — пересек майор ЦРУ Джеймс Фаревелл. У майора были серьезные причины бежать на восток: над ним нависало обвинение в разглашении секретной информации (точнее, ее продаже заинтересованным лицам, что приравнивалось к шпионажу), растратах в особо крупном размере и злоупотреблении служебным положением. В общем, Фаревеллу светило пожизненное заключение. Это в лучшем Случае, если бы дело дошло до суда. А в ЦРУ старались такие дела до суда не доводить, особенно если обвиняемый знал слишком много. Фаревелл знал много и догадывался о том, что ему грозит в самом ближайшем будущем. Поэтому бегство к противнику было его единственным шансом. Ошибся он только в одном — в том, что надеялся таким образом спастись. Две недели спустя после перехода границы майор погиб при туманных обстоятельствах. Впрочем, не таких уж туманных, если учесть, что сразу же после этого болгарские спецслужбы раскрывают целую сеть западной агентуры. Что же такое знал Фаревелл, если ради того, чтобы его убрать, ЦРУ готово было пожертвовать десятками ценных агентов?

За две недели жизни на гостеприимной болгарской земле майор успел многое рассказать болгарским разведчикам. Информация оказалась настолько важной, что копии протоколов были немедленно направлены «братским» спецслужбам, в том числе русскому КГБ и восточногерманской Штази. Когда ГДР прекратила свое существование, ее архивы открылись, и один из исследователей (не буду по понятным причинам называть его имени) сумел скопировать ценный документ. Весьма предусмотрительно, поскольку уже месяц спустя протокол допроса Фаревелла из архива бесследно исчез. Копия же, а точнее, копия с копии, проделав долгий и замысловатый путь, попала мне в руки. По интересовавшему меня сюжету я прочел следующее:

В штате Невада находится специальное медицинское учреждение, в котором содержатся дети, вывезенные из Германии. Они появились на свет в результате нацистской программы «Лебенсборн».