- В дороге... - Рох фыркнул. - Это ж мы его отмутузили. - Вы? - Конечно! Чтобы не совался на чужие территории. Подумаешь, дубиной вырос! Обычный мутила. В смысле, значит, мутант. - Рох поскреб сбитый кулак правой руки. - Их там, если хочешь знать, химией в свое время травили - гамбургеры, чизбургеры и все такое. Вот и получился цирк наоборот. Кто-то не выдержал и помер, а кто-то в рост пошел. - Сказки! - Задумчиво протянул Жук. - Причем тут химия с мутациями? У них жрачки полно и свободы выше крыши. Опять же южная сторона - значит, ни зимы тебе, ни холода... Согомак напрягся. Всей спиной он вдруг ощутил нависшую над хижиной опасность. Она наплыла стремительно, словно туча, застыв над самой крышей. Во всяком случае он точно знал, что ни приблизиться к окну, ни выглянуть за дверь он не отважится ни за какие коврижки. Комнатка потонула во мгле, пропали голоса беседующих, исчезло вообще все. Только собственный трепещущий в груди страх и мерзкий, скользящий по спине холодок. Он сидел, не шевелясь, и отчего-то почудилось, будто некто, прячущийся за стенами хижины, тяжелым взором рассматривает засевших внутри. Мгновение, и все снова ушло. Неведомая туча рассеялась, и Согомак расслабился, чувствуя, как стекает по лицу запоздалый пот. По счастью, никто из присутствующих ничего не заметил. Извиваясь ленивой змеей, беседа стелилась в прежнем направлении... - Выходит, мы сжимаемся, а они нет? - Если верить Профессору, получается, что так. - Кревет восторженно глянул на отшельника. - Мы стареем, а они молодеют, так, Профессор? - Вполне возможно, - хозяин хижины с достоинством кивнул. - Нации тоже переживают взлеты и падения. Кто-то впадает в детство, а кто-то мудреет. - А я лично так смекаю, - вновь подал голос Рох, - до них беда тоже рано или поздно доберется. Не сегодня, так завтра. Потому как в одной лодке веслами махаем. - Не скажи! У них там и Мерзлота под боком, и Райская Чаша. - Ну, положим, от Райской Чаши их Китайский Забор отгораживает, не пролезут. Да и вдуматься, что проку от такой близости? Скорее - больше вреда.