Когда Лагун и девушка уснули, к Сумасшедшему королю тихо подполз Сэм: - Слушай, Джек, поговорить надо. - Давай завтра? Иди спать, тебе менять меня через четыре часа. - Опять вредничаешь, да? Ну, будь человеком - выслушай бедную собаку! У меня просто язык чешется, не могу молчать. - Тогда другое дело, говори. Пес набрал полную грудь воздуха и заговорщицким шепотом выдал: - Она в меня влюбилась! - Кто? - не понял Джек. - Мейхани, дубина! - Она не дубина. - Да не она дубина, а ты. А она - влюбилась! - С чего ты взял? - искренне удивился Сумасшедший король. - Мейхани такая добрая, красивая и умная девушка... - Так, по-твоему, в меня может влюбиться только злобная уродина с мозгами набекрень?! - Все равно мне не показалось, что у нее такая уж нестерпимая страсть к замужеству с большими собаками... - Да я тебе говорю - любит! - горячо зашептал Сэм, возбужденно размахивая хвостом. - Я же разбираюсь в психологии женщин. Ты только взгляни, как она на меня смотрит. А как чешет за ушами? А как она за меня заступилась, буквально закрыла грудью? Да влюбилась, втюрилась, втрескалась по уши, можешь мне поверить! - Ну... не знаю. Даже если и так, что с того? - Как "что"?! Не могу же я оставить без внимания влюбленную девушку, хитро подмигнул Вилкинс. - Ты бы завтра отвлек Лагуна на часок-другой, а я бы тут... Ну, утешил, успокоил, приласкал... - А как же принцесса, несравненная Гюль-Гюль? - нахмурился Джек. - О, это святое! На ней я намерен жениться, а Мейхани - это так... вроде закуски перед обедом. А-а-а-й! Что ты делаешь, медведь?! Больно-о-о!.. Сумасшедший король железной рукой схватил пушистое ухо болонки, скрутил его и прошептал так, что едва не разбудил всех: - Только тронь девушку, ловелас несчастный! Наутро хмурый Сэм уверял, что стал хуже слышать, и правда - левое ухо у него так распухло, что казалось вдвое длиннее правого...

* * *

Когда дочь рыцаря перебила всю посуду и несколько выдохлась, она присела на краешек роскошной кровати, размышляя о своем незавидном положении.