Глава шестая: Ничто не предвещало
Весь день пришлось проваляться в каюте, с большой суповой миской в обнимку. Видя, какие несусветные муки я принимаю, Марк перестал надо мной издеваться, и, наконец, принялся проявлять заботу: сбегал к врачу, принес таблеток-порошков, минеральной воды, отпаивал меня, периодически смачивая полотенце на лбу - ко всему вдобавок, у меня разболелась голова.
- Ива, все будет хорошо, - как мог, утешал супруг, - это обычная морская болезнь. Шторм стихнет, и ты снова будешь в полном порядке, надо потерпеть, лучше поспать.
Какое там! Стоило хоть на мгновение прикрыть глаза, как меня начинало так мутить, так выворачивать!
Шло время, и состояние ухудшалась. Когда я принялась что-то бредить о бездарно прожитой жизни, он перепугался, решив, что я чем-то отравилась за ужином или завтраком, и привел симпатичного пожилого дядечку в белом халате. Дядечка тоже был в полном порядке, я и тут же прониклась к нему справедливой ненавистью.
- Ну, что тут у нас? - он присел на край кровати-полки. - Тошнит?
Я кивнула.
- Рвет?
Кивок.
- Голова болит?
Кивок.
- Все в порядке, - утешил бессердечный коновал, - в такую качку полсудна в лежку. Немного прикачаетесь и полегчает. Лучше всего поспать.
Я застонала и отвернулась к стенке.
Ближе к вечеру проклятая качка стала стихать, мне стало легче, даже смогла встать. За этот день, полный трудностей и лишений, я похудела килограмм на десять, и мое лицо приобрело аристократическую худобу и бледность. Облачившись в брючный костюм, и потребовала, чтобы Марк проводил меня в "Музыкальный Салон", мне не терпелось отпраздновать свое воскрешение из мертвых и начало активного бурного отдыха. Обрадованный моим выздоровлением Марк, ничуть не возражал. Мы постучались в каюту Гарри с Боженой, но нам никто не открыл, должно быть, они уже поднялись в "Салон".