- Отец, помоги мне поднять его!

Все-таки кое-что он чувствовал. Настойчивые и потому нелепые попытки матери приподнять его непослушное тело. Все это не столь важно, когда рядом друг. Он поможет. Он поймет.

Голова его лежала так, что он видел лишь ноги матери суетящейся рядом, край дивана и сидящего отца. Так же услышал, как дядя приглушенно выругался, а отец с омерзением фыркнул и одним глотком осушил бокал.

- Не суетись, мать. Ты его все равно не поднимешь, - поставив бокал, он встал и исчез и поля зрения.

- Друг, ты в порядке? – глаза Джризлика были сочувствующие. Он наклонился над лежащим так, чтобы тот мог его видеть. – Вот моя рука. Но свою дать должен только ты сам.

Джэж чуть не заплакал. Друг был так рядом. Друг понимал его и хотел помочь. А сам он так слаб и беспомощен. Но нет, он должен справиться. Он сможет.

Оттолкнувшись локтем правой руки, он высвободил ладонь и протянул ее вперед. Их руки почти соприкоснулись, и в этот же самый миг, другие, более могучие руки подхватили его несчастное тело и забросили обратно в кресло. Послышалось клацание замочков, это кто-то взрослый фиксировал его ноги. Принимались меры, чтобы полупарализованный ребенок, ставший сегодня совершеннолетним, вновь не выпал из кресла.

- Вот и все, мать, - с небольшой отдышкой заключил отец.

Его лицо раскраснелось. Вероятно, это на него так подействовал пит.

Тут затренькал звонок, Джок быстро схватил трубку и что-то зашептал в нее.

– Да меня это, меня!

С балкона в комнату влезли Сиреневый и Фиолетовый.

- Пожалуй, мы пойдем, прогуляемся.

- Не задерживайтесь допоздна! – попросила мать.

- Я тоже, мам! – вякнул Джок.

- Джок! – сердито буркнул отец.