— У меня плохие каки, сэр, — вежливо сказала она. — Они вам не понравятся.

— Мне нужны именно они, твои плохие какашечки, — ненатурально захихикал Зелёный Человек. — Ты будешь каждую неделю собирать свои плохие каки-завоняки. Иначе я убью твою мамочку.

— А как? — поинтересовалась Биси. Ей совсем не хотелось убивать маму Серафиму, но она решила на всякий случай выяснить, как это делается: вдруг это поможет ей приобрести хоть какой-нибудь невроз.

— О, я могу убить её на расстоянии, не пошевелив даже пальцем, — Зелёный Человек ухмыльнулся так зловеще, что Биси, наконец, стало страшно. — Я убью её вот этим.

Он достал из кармана номер журнала "Артс Америкэн" и покрутил им в руке.

Девочка знала, что такое журнал "Артс Америкэн". Мама получала его каждую неделю и каждый раз бледнела, когда открывала его. Поэтому она поверила Зелёному Человеку.

— Я могу раздавить твою мамусичку, как блоху, вот так, — сказал Зелёный Человек и скрипнул ногтями. — Но пока ты будешь приносить мне свои особые каки-завоняки, мамочка будет жить и рисовать свои глупенькие, смешные картиночки.

С тех пор маленькая Бисальбуминемия лишилась покоя. А теперь ещё и этот чёртов запор!

Самое же скверное, что у неё болел живот. И болел всё сильнее.

ГЛАВА 7

Владимирильич Лермонтов шёл мимо Центра Пиаже.

Его не волновало то место, где он провёл несколько лет и где он имел шанс стать нормальным имбецилом, объектом любви и заботы. Он избрал разрушительный путь нигилизма и выскреб Центр Пиаже из тайников своего чёрного сердца.

Лермонтов направлялся в подпольную лавку, открытую безумным палеоэкофашистом Чехом Словаком. У него можно было купить органические продукты и генетически неизменённую воду без консервантов. Владимирильич тратил на это остатки средств. Скоро он должен был остаться совсем без денег, но это его не волновало: в безумном мире неограниченного насилия деньги не понадобятся.