— Ты умница, — на всякий случай сказала Уисли. Она не помнила, что именно связывало Киссу с шампиньонами, но боялась показаться невнимательной.

— Проходи, проходи… Понимаешь ли, — доктор Кукис приложила к разбитому затылку мокрые, холодные розовые трусики, — я разработала отличный способ борьбы с чувством вины перед грибами. Отождествление с грибом, потом растождествление. Отождествлялась я под кроватью, что символизирует пребывание в мицелии…

Люси украдкой зевнула, по-детски заслонив рот ладошкой. Она не была специалисткой в области экстремального психоанализа и не очень хорошо понимала революционные идеи Киссы. К тому же у неё была профессиональная проблема, которую надо было решить как можно скорее.

— …символика урины связана с подземными водами, — увлечённо рассказывала доктор Кукис, уже в гостиной, обтирая своё маленькое тело сдёрнутой со стола скатертью, — а удар затылком просветляет и выводит из царства мёртвых в царство живых, это классическая символика рождения спиной вперёд, об этом много сказано Юнгом, Элиаде и Вуди Алленом…

— Ну так у тебя всё получилось? — почти невежливо перебила детектив, без приглашения устраиваясь в кресле.

— Да, всё просто отлично! — засияла психоаналитик. — Сегодня же напишу статью для "Психоаналитического обострения" и зашлю рекламу в рассылки. Это настоящая научная работа, экспериментальная, а не выписывание цитат из чужих книг. Так что у тебя стряслось?

— Да так, ничего особенного. Нужно составить психологический портрет преступника.

— Всего-то? — огорчилась доктор Кукис. — Ну ладно, валяй.

Она сорвала с окна занавеску, завернулась в неё и легла на пол, головой к окну. Так ей лучше работалось.

— Насколько я понимаю, это маньяк, — осторожно начала Уисли.

— Он убийца или просто садист-извращенец? — уточнила Кисса.

— Не знаю, — пожала плечами Люси. — Может быть, он ещё ничего не сделал.