Вечер удался весёлый. Элистеру с женой удалось сочетать ужин с игрой, что получилось великолепно. Правила рождались из ничего, а дети подхватывали их, мотали на ус, подстраивались и играли. Празднество вышло отменное. Томми переодели в шаха, вручили ему скипетр - картошку на длинной палке и велели выбрать победителя, чтобы разделить с ним власть, то есть картошку. Дети старались изо всех сил - проморгать ни в коем случае нельзя было, ведь от этого зависело, будут ли они сегодня есть или нет - часто не обходилось без слёз, а мудрый шах то и дело поглядывал на головку скипетра, облизываясь. В конце концов фантазия Элистера иссякла, и он попросил мудрого шаха Томми назвать победителя. Мальчик в грязном тюрбане начал показывать пальцем на всех участников сразу, и победителя определить так и не смогли. Томми получил свою законную половину, а остальное разделили трое соперников. Элистер остался голодным. Жена его подобрала несколько обгорелых корок, высосала из них оставшиеся соки и мякоть, пытаясь представить, что это вовсе не корки, а сочный плод картофеля. Но диггер был сыт тем, что сегодня его семья не осталась без пищи. А завтра - это слишком далеко и так нелегко представить. Жена уложила детей, прикрыла дверь поплотнее, разделась и легла под лоскутное одеяло, прильнув к Элистеру. Он почувствовал твёрдость её тела откуда там быть мягкости? - и обнял её. Трудно было себе представить, какова была бы жизнь, если бы не Атомный Июль. Жить бы сейчас было намного легче: еды было бы вдоволь, в реках была бы вода, а не помои; в мусорных кучах не копошились бы мутанты, да и жена была бы мягкой, округлой, чистой и пахучей. Да и вообще - чертовщина эта штука - жизнь. Она не жестока она убийственна. За любой человеческий поступок она тебя убивает. Ты родился. Ты считаешь, что это хорошо. Но Жизнь говорит тебе: "Зря ты это сделал. Теперь страдай! И ты страдаешь. Чтоб отвлечься от мук, жизненных забот, ты ищешь себе спутника жизни. Нашёл - хорошо! Но Жизнь опять с тобой не согласна.