Я перелез через полдюжины нехилых заборов, но потом меня стала вынюхивать чертовски мощная и хитрая поисковая система класса… Я даже примерно не могу определить класс! Одно тебе скажу: я о чем — то подобном только слышал, ни разу не сталкивался нос к носу. Она до меня почти добралась. Фигурально выражаясь, я захлопнул дверь, когда разъяренный оборотень уже дышал в затылок и вотвот должен был сцапать когтями за ворот. Знаешь, подруга, мне не нравится, когда такое вот топочет по пятам. Лучше это не дразнить…

— Да что это такое?

— Не знаю, — сказал Степан тихо и серьезно. — Но оно мне очень не нравится. От таких преследователей лучше держаться подальше.

— А если осторожненько…

— И не проси! Не возьмусь, даже если ты мне будешь давать по три раза в сутки да еще каждый раз платить мешок денег! Это чтото чертовски мощное, подруга. Опасное и злонамеренное. Здесь уже не шутки. Мы с тобой заглянули туда, куда мелюзге, вроде нас, совать нос не полагается…

— Наше правительство?

— А хрен его знает! — с досадой сказал Степан. — Может быть. Или правительство, или какойнибудь концерн из тех, чей бюджет раз в десять больше государственного. Хрен редьки не слаще. Одно тебе скажу: эта самая «Первая звезда» — тот еще гадюшник…

— А Тим?

— Что — Тим?

— Он куданибудь прошел?

— Спроси чтонибудь полегче, подруга. Объясняю медленно и внятно: я попробовал пройти по его следам. Лишь попытался. И эта хрень на меня кинулась, когда я не прошел и полпути. Как именно обстояло дело у Тимофея, представления не имею. Но есть у меня подозрения что добром все не кончилось. Мне было гораздо проще улепетывать, а у него и комп послабее, и мастерства поменьше.

— И это все? Или есть чтото еще? Степан ее понял.

— Все, — сказал он задумчиво. — Только этим он и занимался оттуда — компанией«Центр» и «Первой звездой».