— Но не так быстро, как бы хотелось, — недовольно пробормотал Брахт.

— Без него мы были бы еще очень далеко отсюда, — возразил Каландрилл, с улыбкой глядя на Ценнайру. — А теперь с нами человек, который видел его лицо. Возможно, тебя привели сюда сами боги, чтобы ты нам помогла.

Ценнайра с трудом заставила себя улыбнуться. Обрывочные знания, которые она почерпнула от Аномиуса и во время собственного путешествия, вдруг сложились воедино, и она впервые поняла, чего добивается Рхыфамун. Ей стало не по себе. Колдун намеревается уничтожить мир. И если ему это удастся, то она тоже обречена. Власть, данная Фарном, поставит Рхыфамуна над всеми колдунами: безумец получит безграничную власть. Аномиус тоже безумец, но вряд ли он сможет противостоять Рхыфамуну. Он проиграет, подумала она, ибо благодаря Фарну Рхыфамун станет всесильным. И что тогда будет с ней? Как творение Аномиуса, как его помощник, она наверняка будет обречена вместе со своим творцом: если Рхыфамуну удастся пробудить Фарна, то она, как и эта троица, погибнет.

Быстро рассмотрев все возможные варианты, она пришла к единственному выводу: ради самой себя нужно оказать им всяческую помощь, ибо победа над Рхыфамуном в интересах не только мира, но и лично ее. А потом… Потом ей опять придется принимать решение. Отобрать ли у них «Заветную книгу» и доставить ли ее к Аномиусу? И что потом? А потом она перестанет быть ему нужной, и Аномиус избавится от нее. Нет, пожалуй, лучше отдать себя в руки Молодых богов, когда их цель будет достигнута. Молодые боги простят ей многие из ее грехов, ведь она привнесет немалый вклад в эту победу. Хотя, кто знает? Пока ясно только одно: она повязана с тремя путниками одной ниточкой, их цель стала и ее целью.

— Неисповедимы пути богов, — с улыбкой сказал Каландрилл, неправильно истолковав ее молчание. — Возможно, тебя действительно привели сюда боги. Но даже если не так, это неважно. Важно, что мы нашли тебя и теперь мы вместе.