Она вытащила из рюкзака бумажник, засунула его в карман шорт, затем вышла и захлопнула дверь. Ее губы скривились и показались зубы, когда она увидела потасканный Ягуар с номерным знаком FALLON1.

— Мир катится в ад в гробу, но у меня есть время побеспокоиться о том, что эти идиоты замышляют против меня, и интересно почему?

Она вспомнила заголовки газет, которые с трудом проглотила с горьким кофе и пережаренными яйцами в Тельма Гриль.

Больше законопроектов издано Конгрессом, еще больше дополнительных, совершенствующих поправок внесено в законопроект «О Защите Нечеловеческих Особей — 2006». Как будто бедные люди настолько опасны для вампиров. Большинство из них забиваются ночью в свои дома, все еще не в состоянии поверить, — даже спустя десятилетие, — что существа, нападающие в ночи — реальны.

И вампиры, и оборотни.

Ее отец был против всего этого.

— Это разрушает естественный порядок вещей, Кэт, — повторял он снова и снова, — Нам предназначается жить в дикой природе, быть с ней в гармонии, а не играть в репортеров, служителей закона и других цивилизованных членов общества.

Но он женился на человеке, не так ли? А потом он умер, до последнего момента скрывая, насколько разочарован был в своем единственном ребенке. Дочери, которая была не в состоянии совершить переход. Даже однажды.

Теперь половина рейнджеров, с которыми она работала, и треть местных паранормальных оперативников были оборотнями.

— За исключением меня, — пробормотала она, открывая дверь магазина и чувствуя чудесные, прохладные потоки кондиционированного воздуха, которые охватили ее, — Я только наполовину оборотень. Я только…

— Ненормальная! — послышался насмешливый голос, — А мы как раз говорили о тебе, рейнджер из шоу-уродов.