- Должно быть, сирена, - сказал Стив. - То, что они называют сиреной. Шумовая машина. Надо спросить Рафаэля.
Мы побросали оставшиеся камни в направлении звука и потрусили через перевал в Онофре.
- Чертовы мусорщики, - сказал Николен, когда мы вышли к реке и немного отдышались. - Узнать бы, как они нас выследили.
- Может, бродили и случайно наткнулись? - предположил я.
- Не верится.
- Мне тоже. - Однако я не мог придумать более правдоподобного объяснения, а Стив молчал. Впрочем, трудно верилось и в то, что бывает такой мерзкий вой.
- Я домой, - сказал Мандо с ноткой явного облегчения. Голос его прозвучал странно - испуганно, что ли. Меня прошиб озноб.
- Валяй. С помоечными крысами расправимся в следующий раз.
Через пять минут мы уже были на мосту. Габби с Делом пошли вдоль реки вверх, а мы с Николеном остановились на развилке. Он принялся обсуждать вылазку, ругал старика, мусорщиков и Джона Эпплби - всех подряд. Видно было, что он на взводе и готов говорить хоть до зари, но я устал. Я не такой бесстрашный и все не мог забыть тот вой. Сирена или нет, но уж больно не по-человечески вопит. Поэтому я попрощался со Стивом и проскользнул в хижину. Отцов храп ненадолго прекратился, потом зазвучал снова. Я оторвал ломоть от завтрашней буханки хлеба и затолкал в рот. На зубах заскрипела грязь. Я окунул руки в умывальное ведро, вытер, но они все равно пахли могилой. Плюнул, как был, грязный, завалился в кровать и заснул, не успев согреться.
Глава 2
Мне снилось, что мы засыпаем могилу. Комья грязи глухо и жутко стучали по крышке, но в моем сне стук раздавался изнутри гроба, все громче и отчаянней с каждой лопатой земли.