Он пытался победить… Два дня и две ночи стоял он на этой лестнице, пока кровь не смешалась с потом, но не смог разрушить сотворенное Гохоргом. Даже мертвая, темная сила была слишком велика для него. Потом он, обезумев, бродил по этим местам, пока не нашел пищу и приют у священников Бабригора. И теперь, хотя он и вернулся на темные пути, он всегда дружелюбно относится к Ордену, который в трудный момент позаботился о нем. Он присылал нам пищу во время голода. В моем присутствии не говори плохо о нем.

Дилвиш снова сплюнул:

— Пусть он бьется в темноте, из века в век, и пусть его имя навеки будет проклято.

Неожиданно глаза Дилвиша заблестели, и священник отвел взгляд.

— Что тебе нужно в Рахоринге?

— Зайти во дворец… и кое-что там сделать.

— Если хочешь, я мог бы сопровождать тебя. Возможно, покровительство поможет тебе.

— Я не прошу твоей помощи, священник.

— Просить не надобно.

— Хорошо. Пошли.

Дилвиш стал подниматься по лестнице.

— Что за существо, на котором ты ездишь? — поинтересовался священник, махнув рукой. — По облику — лошадь, но выглядит как статуя Дилвиш засмеялся:

— Я тоже немного разбираюсь в Дорогах Тьмы, но я сам определяю условия игры.

— Нет человека, который может ставить условия темным силам.

— Скажи это обитателям Домов боли, священник. Скажи это статуе; скажи обычному человеку, только не говори мне!

— А как твое имя?

— Дилвиш. А твое?

— Я не стану больше говорить тебе о Тьме, Дилвиш, но пойду с тобой в Рахоринг.

— Тогда прекратим разговоры! — Дилвиш повернулся и пошел вперед.

Корел последовал за ним.

Когда они прошли полпути, дневной свет начал меркнуть. Дилвиш оглянулся. Все, что он мог видеть, — ступеньки, ведущие дальше и дальше вниз. В мире не осталось ничего — только лестница. А каждая ступенька впереди была темнее предыдущей.