— Не было бы на этом свете никаких Олденов Смитов без генерала Уидмарка, — сказала Грейс.

— Да будет вам, миссис Минафи, — скривился Уоллас. — Это совершенно безответственные разговоры.

Какой-то человек в штатском приблизился к капитану Уолласу. Он был довольно молодой, полный, с идущей ото лба лысиной, темноволосый, такие же темные глаза чуточку расплывались за линзами очков в черепаховой оправе.

— Я — Фрэнк Грэдуэлл, миссис Минафи, — сказал он, — окружной прокурор. Все мы понимаем, насколько вы потрясены. Уверяю вас, мы все глубоко вам сочувствуем. И хотим помочь.

— Вы умеете ходить по воде, мистер Грэдуэлл? — спросила Грейс глухим, полным горечи голосом. — Вы способны вернуть Сэма к жизни?

— Я обязан предупредить вас, миссис Минафи, — сказал Грэдуэлл. — В тот момент, когда вы выйдете из этого кабинета, вас станут осаждать репортеры и фотографы. Если вы сделаете при них замечания относительно генерала Уидмарка того же рода, которые вы позволили себе здесь, это может иметь серьезные последствия. Генерал может вчинить вам иск за клевету. Я могу вас заверить, что генерал не знал Олдена Смита и никак не был с ним связан.

— Вы сегодня не носите своей значок АИА, мистер Грэдуэлл? — спросила Грейс.

Грэдуэлл пожал плечами и отошел.

— Думаю, мы слишком многого хотим от миссис Минафи, рассчитывая, что она проявит здравомыслие в такой момент, — сказал он Уолласу.

Уоллас кивнул, давая понять, что вопрос решен.

— Куда вы намереваетесь доставить тело вашего мужа, миссис Минафи? — спросил он без всякого чувства. — Вы хотите, чтобы этим занимался местный сотрудник похоронного бюро, или у вас есть…

— Да заткнитесь вы, ради Бога! — обмахнулась Грейс.

То, чего опасался капитан Уоллас, не произошло. В кабинет вошел молодой светловолосый человек, подстриженный ежиком. На нем были пропотевшие хлопчатобумажные слаксы и запыленная майка.