— Полгода назад при ядерных испытаниях американцы первыми сподобились увидеть эту мерзость. Вот так же выползла, как у нас, помяла земельку и снова исчезла. А потом она появлялась у них еще трижды — и всякий раз тотчас после атомного взрыва. Они ведь тоже под землей рвут… Ну и вот.

При втором и третьем эксперименте кто-то из военнослужащих погиб, многих вообще не нашли. И все же кое-какую информацию они успели наскрести.

Выяснилось, например, что каракатица эта довольно-таки шустро перемещается под землей. Видел, что она со скалами вытворяет? Должно быть, и на глубине она так же шустрит. В общем, любой крот по сравнению с нею — тьфу… А еще установили, что тварь эта явно тяготеет к местам инициирования атомных зарядов. Черт его знает почему… — Капитан на мгновение задержался, изучая обвалившуюся стену.

— Ну а кто она такая и откуда взялась, выяснили?

— Разумеется, нет. Как тут выяснишь?.. — Володя взглянул на него, но, наверное, не увидел — Гуль стоял в темноте. — В анналах мировой зоологии ничего подобного не встречалось. Сам же видел! Никакой сколь-нибудь определенной формы! Не то — шар, не то — гусеница. Знаешь, есть такая штука — трепанг называется. Тоже меняется как угодно. Вот и тут… Словом, бедные янки переполошились не на шутку. И тут же прекратили все испытания. Сначала связались с командованием НАТО, а потом уже и с нами. Кто-то из тамошних аналитиков просчитал возможный маршрут этой каракатицы и предсказал ее появление у нас.

— Не понял… — Гуль остановился.

— Что ты не понял?

— С какой же скоростью это она движется? Где Америка и где мы!

— То-то и оно! Я же говорю, животинка из шустрых! — Капитан с усмешкой махнул рукой. — Тому полканчику, что мне поведал про все эти секреты, называли какую-то скорость, но, честно сказать, я и прислушиваться не стал.