Шли они медленно, очень осторожно. И это себя оправдало: Филипп неожиданно остановился, за­тем молча указал под ноги. Приглядевшись, Ми­шель разглядел скрытую травой тонкую прово­лочку, тянувшуюся поперек тропинки.

Нагнувшись, Филипп аккуратно раздвинул тра­ву. Потом, едва касаясь пальцами проволоки, сде­лал пару шагов вправо.

— Вот она... — прошептал он и выразительно взглянул на товарища.

К вбитому в землю колышку была привязана граната.

— Вот черт... — пробормотал Мишель. — Воз­вращаемся. Не думаю, что наш профессор будет ставить такие штуки.

— Может, пройдем еще немного? Просто по­смотрим? — Филипп выпрямился и крепче сжал винтовку, его глаза горели.

— Не знаю... Зачем это нам?

— Ты же сам знаешь, что информация — день­ги. Ее всегда можно кому-то продать. Мы просто глянем и сразу же уйдем.

— Ну, хорошо, — согласился Мишель. — Пош­ли...

Дальше они двигались столь же осторожно. Тро­пинка повернула влево, потом опять ушла вправо. Несколько минут пути, и Филипп снова поднял руку, призывая остановиться.

— Смотри! — указал он, указав на какие-то кусты. — Видишь?

— Что? — не понял Мишель.

— Это кока. Ну, кокаин из которой делают. По­хоже, здесь целая плантация.

— Вот черт... Ты уверен?

— Еще бы. Можешь пожевать пару листиков, это бодрит... — Он потянулся к дереву и вдруг замер.

Прямо в грудь ему смотрел ствол автомата Ка­лашникова. Автомат сжимал в руках паренек лет пятнадцати — смуглый, в серой выцветшей одеж­де. Вот он шевельнул стволом, призывая поднять руки, Филипп тяжело сглотнул. Его винтовка ви­села поперек груди — если попытаться схватить

ее, паренек тут же выстрелит. Кобура с пистолетом сзади на поясе — тоже не дотянуться.

— Тихо, парень, тихо... — сказал он. — Успо­койся.

— Мы сейчас уйдем, и все останутся целы. Хо­рошо? — по-португальски сказал Мишель. — Ты меня понимаешь?