Вика взяла листок и вздрогнула — на нем была ее фотография.

— Разыскивается?.. — Вика даже побледнела, прочитав текст.

— Ага, — подтвердила Ольга. — Ищут тебя. За совершение тяжкого преступления...

Мы с Сергеем в это время были в городе — по­купали снаряжение. Когда вернулись и узнали о случившемся, Сергей попытался успокоить Вику.

— Ничего страшного, — сказал он. — Они ищут Остроумову, а не Цветкову. Так что тебе ничего не грозит. Да и прическа у тебя теперь другая — ни­кто тебя не узнает.

Волосы Вика по совету Ольги немного подстриг­ла и покрасила в светло-русый цвет. Сергей при­знал этот совет разумным, на фотографиях для паспортов Вика уже была совсем не похожа на себя прежнюю. На мой взгляд, новый цвет волос ей шел — я вообще люблю светленьких.

Сергей был прав, реально Вике сейчас ничто не грозило. Тем не менее, с этого дня Вика старалась выходить на улицу как можно реже — бережено­го бог бережет.

На оформление документов ушло больше вре­мени, чем мы предполагали, — почти две недели. Из них пять дней Сергей потратил на переоформ­ление паспортов, своего и Викиного, оставшиеся дни заняло оформление виз. Все это время нас ни­кто не тревожил, о Мейере ничего не было слышно. Позвонив как-то в гостиницу с уличного таксофона и попросив соединить ее с Мейером, Вика узнала, что он уже дней десять как съехал. Где его найти, работники гостиницы не знали.

— Не думаю, что он уехал, — заявил в ответ на сообщение Вики Сергей. — Скорее всего, снял где- то квартиру. Жить в гостинице ему неудобно.

Я был с ним согласен. Без нашего Ключа Мей- еру ничего не светит — а значит, он сделает все, чтобы его добыть.

Бумаги Вики мы со всеми предосторожностя­ми извлекли из тайника под бочкой сразу после возвращения из заграничного вояжа. Оба Ключа хранились теперь в моей квартире: их упаковали в пакет и спрятали в корпусе старого потрепанно­го радиоприемника.