За причинённое беспокойство, я не волновался. Визит был заранее согласован и разрешён самим Боткиным, а выше авторитета, для меня не существовало. После положенных в таких случаях официальных приветствий, мы, наконец, смогли уединиться в кабинете.

Ленц выглядел окрепшим, я бы даже сказал помолодевшим. Болезненная худоба ушла, появился румянец, а главное, что я заметил, это чёртики в глазах ученого.

Я рассказал Эмилю Христиановичу, как идёт строительство в Измайловском центре (это ВЭИ) будущий. Сказал, что начало прибывать электротехническое железо с Екатеринбургского завода. Из Британии пришли приборы и наглядные машины для занятий со студентами.

Рассказал об успехе Русского дефиле в Париже. Потом ещё что-то смешное. Академик рассмеялся, потом спросил, есть ли уже возможность заказать на Российских заводах наглядные приборы и машины по его эскизам. Они более глубокие электрические законы студентам показать смогут. Передав мне большую папку с эскизами, он сказал, что очень рассчитывает увидеть их в действии.

После этого я решил, что пора затронуть вопрос с переменой климата. Оказалось, что, вняв советам медицины, Ленц уже и сам пытался решать вопрос с переездом в Москву, но посредники заломили такие цены, от которых у патриарха электрической науки, как от высокого напряжения, волосы дыбом стали.

Догадываясь о возможности возникновения подобных проблем, я поинтересовался, как Эмиль Христианович, отнесётся к жизни в Измайлово, в соседнем с Зининым доме. (Я там не одну "дачу" построил). Оба корифея отлично ладили и даже дружили, но никогда не жили рядом, потому на визиты, что одному, что второму времени вечно не хватало.