Казалось, что город строили не по плану, а просто разбросали дома вокруг гавани. Все здания были круглыми и неопрятно покрытыми торчащей соломой вместо того, чтобы быть квадратными, с красиво крытыми дранкой крышами; улицы извивались вокруг них на манер спирали и переплетались между собой – варвары называли это декоративным стилем. Везде была неразбериха: собаки лаяли, дети бегали, верховые мчались куда-то сломя голову, телеги громыхали; шатаясь, бродили пьяницы.

– Мой господин, – не выдержал, наконец, Гармон, – неужели это самый главный город в Элдисе?

– Боюсь, что так. Запомните, мой юный друг, человек, к которому мы идем, покажется вам грубым варваром, но у него достаточно власти, чтобы казнить нас, если мы нанесем ему оскорбление. Законы здесь очень отличаются от наших. Каждый правитель – и судья, и адвокат в одном лице, пока он находится на своей земле. А гвербрет, как этот лорд в Аберуине, правитель куда более могущественный, чем любой из наших архонов.

Дворцовый комплекс гвербрета, или дан, как называли его варвары, располагался примерно в центре города. Варвары в один голос расхваливали его, рассказывая, как он прекрасен со своей многобашенной крепостью, расположенной за высокими каменными стенами, но бардекианцы нашли работу каменщиков топорной, а весь эффект был безнадежно испорчен скоплением хижин и сараев, свинарников и конюшен. Прокладывая путь между суетившимися слугами, Лондало неожиданно вспомнил, что на кожаном поясе у него висит серебряный кинжал.

– Клянусь Звездными Богинями! Я, должно быть, старею! Я даже не помню, как взял его со стола.

– Не думаю, что это имеет значение, сэр. Все вокруг буквально ощетинились ножами.

Хотя Лондало никогда раньше не встречал этого правителя, он слышал, что Родри Майлвад, гвербрет Аберуина, был человеком честным, справедливым и более культурным, чем многие ему подобные. Он с удовольствием отметил, что дворы были достаточно чистыми, слуги одеты прилично и вокруг не видно трупов повешенных разбойников.