Иногда это подобие леса отступает от дороги, уступая место развалинам каких-то унылых строений - не то бараков, не то амбаров, частично развалившихся, частично выгоревших. А вдоль всей дороги поваленные телеграфные столбы. Ну хоть бы один столб остался стоять нормально! Нет, все как один завалились, иные прямо на дорогу, но их уже давно спихнули догнивать в кюветы. Здесь не было никакого особенного бедствия - просто столбы так ставили. И не оглядывались на содеянное. Если бы мне предложили выбрать символ, характеризующий эту землю, я назвал бы поваленный телеграфный столб.

До цели оставалось еще около сотни километров, когда пришел через спутник вызов из штаба. Из щели принтера поползла лента с сообщением. Действительно, в зоне 3-А вчера произошел выброс. Я не удивился, я ждал чего-то подобного. Обыкновенный выброс. Уже, наверное, не первый. Но прежде дули более благоприятные ветры, прежде о выбросах, неверное, просто не докладывали. Чему тут удивляться - я слышал на совещании в штабе доклад Гриффитса о положении в зоне 3-А. Удивляло, вернее, ужасало совсем другое - ведь там же были наши люди, ведь они не могли не знать об этом выбросе. Но никто из них тоже не доложил... Мне уже тогда казалось: это заразно, здесь сама земля, сам воздух таят в себе заразу и яд. Не буквальную заразу и яд - с этим мы как-то научились справляться. Заразу духовную, уже превратившую эту землю в пустыню. И мы вместо того, чтобы спасти ее, сами мало-помалу превращаемся в таких же существ, какие ее населяют.

Тогда мне это только казалось. Теперь я это знаю наверняка.

Из принтера снова поползла лента с сообщением: комиссия в зоне 3-А приняла решение об остановке энергоблока. Через пять часов вся округа останется практически без энергии. В том числе и городок Арат, куда мы направлялись. Без энергии они продержатся недолго.

И тут, как всегда очень кстати и вовремя, началось.