Что вы заладили одно и то же. Ну, не тороплюсь я, мне еще час с хвостом осталось — времени уйма! А вам и того больше. Да только переливаем мы одно и то же — из пустого в порожнее, да еще и через дуршлаг. Не верю я ни во что, и умереть с легким сердцем я смогу только, если со всеми. Вот такой я коллективист, такой общественный человек. А ты, Жапэ, — самовлюбленный глупец, думающий не полушариями, а половинками, причем только о себе. Прощай, Жапэ! Иди заберись на свою Эйфелеву башню и насладись напоследок видами Парижа. Заодно выбери себе кладбище покрасивее. Адью, гарсон! Ля фэн де ля комеди... Вот уже полжелания последнего исполнено, с тремя мы поговорили — довольны, кадаврики? Перерыв пять минут. Объявляю телевизионные новости! Покажите покрупнее ведущего мировых новостей, я разрешаю, — пусть расскажет, что нового в мире, какая где погода. А то я тут подотстал немного от жизни. Только не надо обо мне.

Ведущий рассказывать другие новости не мог, потому что их попросту не было, но приказ террориста не обсуждался — и он принялся без энтузиазма повторять вчерашние. Сначала он пробубнил о невиданных успехах в нанотехнологиях, главным из которых стала скорая возможность реально уходить в виртуальный мир. Затем сообщил о забастовке психиатров Туманного Альбиона, которая сразу парализовала нормальную жизнь этого когда-то процветавшего острова. Потом объяснил причины ухудшения положения незаконно клонированных в России и кто за этим стоит. Зачитал о трехчасовой предупредительной голодовке международного экипажа на орбите. И привел примеры массовой эксгумации в Китае, ставшей следствием Программы восстановления ДНК умерших. И в конце сказал о погоде.

Абсурд чтения вчерашних новостей не выглядел абсурдом на фоне того, что разворачивалось сейчас. Обескураженный мир переваривал переговоры. Молча. Не обсуждая. Десницкий во время их проведения иногда энергично жестикулировал. Той рукой, на которой были зажимы с проводками. В правый верхний сектор экрана была выведена отдельно и увеличена кисть этой руки, ее все время показывали, и было видно, что один из зажимов, на мизинце, сидит не так плотно и иногда чуть-чуть съезжает то в одну, то в другую сторону.