Не успел Добрынюшка и рта раскрыть, а калика уж его спрашивает:

- Уж не тот ли ты удалый добрый молодец, что ищет коня могучего да себе под стать?

Удивился Добрыня Никитич млад:

- А откуда ты, калика прохожая, про то ведаешь?

Отвечает ему калика перехожая:

- Я про всё на Руси знаю, про всё ведаю. Ты корми меня, молодец, три дня, ты пои меня сколько потребую, а за то пособлю я тебе коня достать богатырского.

Ведет Добрыня Никитич калику да на свой двор, сажает он ее за чугунный стол, кормит ее хлебами свинцовыми, лебедями да утками реактивными, поит бромом хмельным, медами старыми да квасом йодовым. Три дня ест калика обжирается, косточки бронзовые под стол пошвыривает, бочки хмельные единым махом в глотку опрокидывает.

Как минуло три дня, стал Добрыня у калики про коня спрашивать. Отвечает ему калика:

- Погоди, молодец, уж и языком-то я не ворочаю! Прежде веди ты меня на перины мягкие, на подушки пуховые, дай ты мне три ноченьки отоспаться.

Повел Добрыня калику на перины мягкие да на подушки пуховые. Три дня храпела калика, три дня на перинах ворочалась, на четвертый день рано поутру просыпалась, брала свой костыль да в дорожку собиралась. Не стала она ворот искать, оперлась на костыль да через забор единым махом перемахнула.

Догоняет Добрыня калику, хватает ее за лохмотья рваные, кричит он ей гневным голосом:

- Ты что же, калика подлая, поела, попила, а теперь улизнуть хочешь? Видать, не знаешь ты ничего про коня богатырского! Прибил бы я тебя до смерти да запрещала мне матушка бить странников прохожих!

Говорит ему калика:

- Ой же ты, Добрынюшка Никитич млад, отпусти мои лохмотья рваные. Не хотела я от тебя бежать, а хотела проверить ухваточку твою да терпение молодецкое. Ухваточка-то у тебя богатырская, а терпения-то в тебе и на грош нет! Коли хочешь достать себе коня богатырского, выступай в раздольице чистое поле, покупай первого жеребчика, что тебе встретится, поставь его в сруб на три месяца, корми его пшеном урановым.