Услышав за спиной стук двери, оба обернулись.

- А-а, - радостно раскинул руки в стороны Лазарук, - здравствуйте, Юрий Петрович.

Я поздоровался с ним и уселся за стол. Лазарук тут же подсел ко мне.

- Ну что, дадим жару этому... - он нецензурно выругался в адрес Пенкина.

Я вздохнул, изображая неизбывную печаль:

- Боюсь, Игорь Сергеевич, Пенкину дадут жару и без нас.

Лазарук непонимающе уставился на меня:

- Как это?

- Вы новости не слышали сегодня?

- Так, краем уха. А что?

- Якова Пенкина похитили в Чечне.

Надо было видеть лицо Лазарука в этот момент. Из оптимистично-боевого оно вдруг стало злым и даже каким-то свирепым.

- Что-о-о?

Я сокрушенно развел руками:

- Только что передали по радио. Похищен наш ответчик.

Лазарук замолчал и надолго задумался. Я понимал, что за мысли вертятся в его голове. С похищением Пенкина рейтинг журналиста резко повышался. Теперь, когда он вернется из чеченского плена (если вернется, конечно), то ореол мученика ни в коем случае не даст Лазаруку никаких шансов. Которых, впрочем, у него и так не было. Но теперь Лазарук мог, и серьезно, потерять очки в результате этого процесса. Вот он и прикидывает, как бы ему выпутаться из этого положения.

- Ну ладно, - сказал он в конце концов, - значит, у нас есть время для того, чтобы еще лучше построить обвинение.

- Боюсь, у нас теперь слишком много времени, - заметил я.

- Угу, - кивнул Лазарук, - они скоро не выходят...

Распрощавшись с Лазаруком, я почувствовал себя гораздо лучше. Кто знает, может, мне удастся как-нибудь улизнуть от этого процесса.

Я уже было собрался приступить к обычному приему посетителей, когда в дверь вошел Генрих Розанов.