— Некоторые из феноменов надо будет исследовать более тщательно, когда мы получим необходимые приборы, — бодро заявил Мидлакемела.

— Согласен, хотя доклад очень подробный, многое еще осталось за его пределами, — согласился Домоладосса, — например, температура внутри и снаружи бунгало.

— Да, или температура кипения чайника Джи. А ведь Вероятность Эй — абсолютно новый для нас континуум, и мы никак не можем принять какие-то данные, не проверив их. Законы нашего универсума там могут ничего не значить.

— Ты прав. Но кроме этих величин есть нечто, интересующее меня куда больше, — психологический склад этих людей: Джи, Мери, да и остальных могут быть вовсе не похожи на нас. Вполне возможно, они только выглядят как люди, но на самом деле таковыми не являются.

Мидлакемелу этот аспект практически не интересовал, поэтому он никак не отреагировал на последнюю реплику. А посмотрев на часы, сказал:

— Кажется, пора отчитаться перед губернатором. Ты хочешь что-нибудь передать?

— Нет. Я посижу еще над докладом.

Мидлакемела пошел к выходу из огромной круглой комнаты, придерживаясь прохода, отмеченного бамбуковыми ширмами. А его непосредственный начальник склонился над столом, поглощенный изучением доклада. Он всем корпусом подался вперед, пробегая глазами все движения Джи, пока не добрался до следующего дня, до места, где тот выливает свое ведро в саду.

III

Поскольку каменные плиты дорожки уже почти высохли после ночного дождя, пролившаяся из ведра вода оставила на них отчетливый след.

После того как Джи внимательно рассмотрел появившееся на плитах пятно, он, не выпуская из рук ведро, взглянул направо в сторону сада.

Он увидел угол дома, за который поворачивала мощенная каменной плиткой дорога; он увидел мощеную дорогу, поворачивающую за угол особняка; он увидел все части