На самом деле эта работа была тяжелой, грязной и низкооплачиваемой. Но Хоппи решительно настроился стать телемастером, и сейчас он своего добился, потому что Фергюссон тоже решительно настроился поступить правильно по отношению ко всем угнетенным меньшинствам мира. Фергюссон состоял членом Американского союза гражданских свобод, Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения и Лиги помощи инвалидам. Последняя, насколько знал Стюарт, представляла собой не что иное, как общество международного масштаба, созданное, чтобы способствовать подбору посильной работы для всех пострадавших от ошибок современной науки и медицины, в том числе и для множества жертв катастрофы Блутгельда 1972 года.

А как теперь буду выглядеть я? — спрашивал себя Стюарт, сидя наверху в офисе и просматривая свой журнал учета продаж. Я имею в виду, думал он, если фок будет работать здесь… это практически сделает меня радиационным уродом, как будто я не цветной, а просто получил радиационный ожог первой степени. Думая об этом, он помрачнел.

Давным-давно, представил он себе, все жители Земли были белыми, а потом, скажем десять тысяч лет назад, какой-то сукин сын взорвал в верхних слоях атмосферы бомбу, и некоторые из нас получили радиационный ожог, и он стал постоянным, изменил наши гены. И вот мы такие, какие есть.

Пришел второй продавец, Джек Лайтхейзер, присел у стола наискосок от Стюарта и закурил сигару «Корина».

— Я слышал, Джим нанял этого парнишку в коляске, — сказал он, — знаешь, почему он так поступил? Для рекламы. Все газеты Сан-Франциско напишут о нем. Любит Джим видеть свое имя в газетах. Если вдуматься — это умно. Первый розничный торговец Западного побережья, который нанял фока.

Стюарт только хмыкнул.

— Джим себя идеализирует, — продолжал Лайтхейзер, — он не просто торговец, он — современный римлянин, граждански мыслящая личность. Конечно, он образованный человек, получил степень магистра в Стэнфорде…