— Теперь это никому не нужно, — сказал Стюарт. Он сам получил магистерскую степень в Калифорнийском университете в тысяча девятьсот семьдесят пятом, а посмотрите, где он сейчас?

— Когда он получал диплом, — настаивал Джек, — это еще имело значение. Ведь он заканчивал в тысяча девятьсот сорок седьмом, он был в списке ветеранов, участвовавших в войне.

Внизу, у входа в «Модерн ТВ», появилась коляска, в центре которой, перед приборной панелью, виднелась тонкая фигура.

— Вот паразит, — охнул Стюарт.

Лайтхейзер посмотрел на него:

— Он перестанет быть паразитом, когда приступит к работе. У парнишки почти совсем нет тела, одни мозги, и неплохие. И честолюбие у него есть. Господи, да все, чего он хочет, — уйти из школы и начать работать. Уважаю таких.

Они наблюдали за Хоппи — как он катил к лестнице, ведущей в отдел ремонта.

— Парни внизу уже знают? — спросил Стюарт.

— Конечно. Джим сказал им еще вчера. Они отнеслись философски; ты же знаешь ремонтников — поворчали, но это ничего не значит, они ворчат по любому поводу.

Услышав голоса продавцов, Хоппи быстро взглянул вверх. Его тонкое, бледное лицо бросало им вызов, глаза сверкали.

— Эй, мистер Фергюссон на месте?

— Нет, — сказал Стюарт.

— Мистер Фергюссон нанял меня.

— Да, — сказал Стюарт.

Ни он, ни Лайтхейзер не двинулись с места; они оставались сидеть у стола, глядя вниз на фока.

— Могу я спуститься вниз? — спросил Хоппи.

Лайтхейзер пожал плечами.

— Пойду выпью кофе, — сказал Стюарт, вставая. — Поглядывай тут за залом, ладно?

— Конечно, — ответил Лайтхейзер, кивнув, и продолжал курить сигару.

Когда Стюарт проходил через зал, фок был там; он еще не начал трудный спуск по лестнице, ведущей в подвальный этаж.