— Многие покинут школу, — тихо проговорил Корней. — Боюсь, что даже все. — Никто не захочет бросить на произвол судьбы с таким трудом доставшееся дорогущее имущество. Поэтому они вынуждены будут уволиться и полностью заняться подготовкой к зиме. В ином случае они потеряют своих лошадей.

— Нас это не касается, — жёстко отрезал Сидор. — Это их проблемы. Это должно касаться Совета. Это должно касаться их собственных кланов. Это должно касаться их семей и их самих.

Всех, кроме нас, — жёстко подчеркнул он.

И если Совет и кланы интересует подготовка курсантов, если их это действительно интересует, то они должны выделить тебе деньги на содержание животных. Или просто дать корма.

Нет, значит, нет.

— Могут расформировать школу, если курсанты разбегутся, — мрачно проговорил помрачневший от его слов Корней.

— Значит, придётся на это пойти, — жёстко отрезал Сидор. — Неужели ты не понимаешь, что нас, именно нас, а не твоих курсантов загоняют в угол? Не понимаешь, что курсанты это только средство в руках городской Старшины добраться до нашего кошелька. На нас собираются повесить содержание такой прорвы лошадей, да ещё в условиях того, что к этому мы совершенно не готовы, а в городе резко выросли цены на кормовое зерно и овёс. Да и на сено цены уже уверенно поползли вверх.

Неужели ты не видишь, что на нас все пытаются банально заработать, абсолютно пренебрегая нашими интересами.

— Многие вынуждены будут вернуться в свои кланы, — хмуро проговорил Корней. — А там им придётся расстаться со своей добычей.

— Не хотят отдавать трофеи, пусть уходят из кланов, — жёстко оборвал его Сидор. — Это не наше дело за них решать.

Сколько у них голов?

— Около четырёх тысяч, — нехотя отозвался Корней. — Плюс, минус, никто толком и не считал.

— Это плюс к нашему табуну?! — ахнул Сидор, на какое-то мгновение даже растерявшись. — Ого? — почесал он затылок. — Много! А я как-то не задумывался о том, сколько им досталось, — задумчиво пробормотал он, вдруг как-то странно углубившись в самого себя. — Понятно теперь почему там все кусты и деревья в округе обглоданы, — тихо пробормотал он.