Юная особа, попросившая меня об услуге, не заметив гусиного переполоха, вновь наградила меня пристальным взглядом:

— Стало быть… Согласен?

— Ну, я это са-ммоое, попробую… — Раздался в ответ мой невнятный голос.

— Вот и хорошо, — и вполне довольная собой Джес, улыбнулась, добавив: — Скажи, а что ты делал сегодня на базаре?

Я заметно вздрогнул. Этот вопрос показался мне страшнее самых грязных сплетен и косых взглядов, желающей знать-все-на-свете Джесики. Если только любознательная хозяйка пронюхает, что я без ее ведома побывал утром на базарной площади, и тем более в лавке старика Тилда, она тут же выкинет меня из дома или того хуже — продаст бродячим торговцам.

— Не был я сегодня на базаре, — сквозь силу выдавил я из себя. Если бы можно было предположить, что утреннее посещение лавки Тилда станет известно кому-то из прислуги, то я обязательно бы придумал какую-нибудь правдоподобную историю, а так ничего не оставалось, как просто отпираться и все отрицать.

Я осторожно взглянул на Джес, пытаясь угадать, видела ли она меня на самом деле или просто догадалась, где я отсутствовал все утро.

— Да ладно Курт, кончай выдумывать. Тебя встретили мальчишки-менялы возле Скрипучего моста. — Внезапно произнесла Джесика.

— Они попутали… То есть ошиблись! Это был не я! — пришли мне на выручку протертые до дыр фразы.

— А кто же?

В глазах девушки играли хитрые огоньки.

— Не знаю. Кто угодно, но не я, — сорвалась с языка еще одна глупая отговорка.

— Ага, значит не ты?! И в лавке старика Тилда, тоже был не ты?

Джес ликовала, предчувствуя, как я, вот-вот перестану врать и, во всем сознавшись, поведаю ей очень страшную тайну.

Но вместо этого я лишь упрямо повторил:

— Не я!..

— Не ты! А кто?

— Не знаю!

— Может быть наш Мартин?!

— Какой Мартин?!