База зоопсихологов, соседствуя с Корпусом Десантников, занимала большой участок побережья с прилегающей акваторией, в которой заканчивалось строительство дельфинария. Первыми обитателями этого сооружения стали отнюдь не дельфины, а косатки и осьминоги.

Программа "Хирон" положила начало если не вражде, то неприязни между десантниками и зоопсихологами. Всякий раз, когда приходила пора передавать очередного подопечного десантникам, воспитатели переживали подлинную трагедию. Конечно, это нелегко - отдать беззащитное, глубоко к тебе привязанное и безраздельно тебе доверяющее существо для рискованного и опасного дела. Зоопсихологам почему-то казалось, что суровые десантники будут недостаточно любить своих четвероногих помощников. В этом они ошибались. Другое дело, что животных не всегда удавалось сберечь...

И вот сейчас Ант поднимался по ступеням домика Ирены, прикидывая в уме доводы поубедительнее. Люцифер - огромный угольно-черный пес, в котором смутно просматривался ньюфаундленд, был любимцем Ирены. О сообразительности этой собаки ходили легенды, впрочем, как и о его хозяйке. Поговаривали, например, что Ирена свободно беседует по-английски с пумой Рашей. Английский, мол, кошачьим легче дается. Утверждали также, что Ирена всегда и все знает потому, что стайка трескучих попугаев докладывает ей разнообразные новости.

Ирена сидела на веранде у стола, покрытого белой вязаной скатертью. На скатерти пламенели яркие яффские апельсины. Ирена разламывала толстокожие плоды и кормила дольками крошечную обезьянку уистити, примостившуюся на спинке кресла. У ног женщины вальяжно развалилась пума. Ей тоже иногда перепадал сочный кусочек. Пума брала его снисходительно, словно нехотя, но съедала с видимым удовольствием.