Капитан бросил взгляд на реи и велел еще больше развернуть паруса. Его взгляд опять упал на трех пассажиров на носовой палубе, и снова капитан вознес в душе молитву Килиан, богине моряков, и пожалел, что до сих пор не видно высоких шпилей Рилланона. Эти трое были самыми могущественными и важными людьми королевства, и мастер мореход даже думать не хотел о том, что может случиться с государством, если беда посетит его корабль.

Арута едва слышал крики капитана и ответы его помощников и матросов. События последнего года измучили его, и он мало внимания обращал на то, что происходило вокруг. Он мог думать только об одном: он возвращался в Рилланон, к Аните.

Арута улыбнулся. Кажется, первые восемнадцать лет его жизни небыли отмечены ничем необычным. Потом на страну напали цурани, и мир вокруг него изменился навсегда. Вышло так, что его стали считать одним из лучших военачальников в Королевстве; он узнал, что Мартин - его старший брат, о чем раньше и не подозревал; он повидал тысячи чудес и ужасов. Но самым большим чудом для Аруты стала Анита.

Они расстались после коронации Лиама. Почти год Лиам демонстрировал королевское знамя восточным лордам и соседствующим королям; теперь они возвращались домой.

- Что ты видишь в брызгах волн, братец? - спросил Лиам Аруту.

Арута поднял голову, и бывший мастер охоты в Крайди, которого когда-то называли Мартин Длинный Лук, улыбнувшись, кивнул младшему брату.

- Ставлю годовой доход, что он видит в волнах зеленые глаза и нежную улыбку.

- Не стану спорить, Мартин, - согласился Лиам. - С тех пор, как мы покинули Рилланон, я получил от Аниты три письма, касающиеся тех или иных государственных дел. Все они убеждали меня, что ей необходимо остаться в Рилланоне, хотя ее мать вернулась в свои владения через месяц после коронации. Арута, по грубым прикидкам, получал по два письма каждую неделю. Из этого можно сделать кое-какие заключения.