У женщины в полушубке и голубом платье не было лица, горла и большей части левого бедра. Ведьмак миновал ее, не наклоняясь.

Мужчина лежал лицом к земле. Геральт не стал переворачивать тело, видя, что и здесь волки и птицы даром времени не теряли. Впрочем, тщательнее осматривать останки не было необходимости – шерстяную куртку на плечах и спине покрывал черный, ветвистый узор засохшей крови. Было очевидно, что мужчина погиб от удара в шею, а волки изуродовали тело уже позже.

На широком поясе, возле короткого меча в деревянных ножнах, мужчина носил кожаную суму. Ведьмак сорвал ее, по очереди выбросил в траву кресало, кусочек мела, воск для печатей, горсть серебряных монет, складной, в костяной оправе нож для бритья, кроличье ухо, три ключа на кольце, амулет с фаллическим символом. Два письма, написанные на полотне, отсырели от дождя и росы, руны расплылись и размылись. Третье, на пергаменте, тоже испорченное влагой, еще можно было прочесть. Это было кредитное письмо, выданное муривельским банком краснолюдов купцу по имени Рулле Аспер или Аспен. Сумма аккредитива была небольшой.

Наклонившись, Геральт приподнял правую руку мужчины. Как он и ожидал, на медном кольце, врезающемся в распухший и посиневший палец, находился знак цеха оружейников – стилизованный шлем с забралом, два скрещенных меча и руна А, выгравированная под ними.

Ведьмак вернулся к трупу женщины. Когда он переворачивал тело, что-то укололо его в палец. Это была роза, приколотая к платью. Цветок увял, но не потерял красок – лепестки были темно-голубыми, почти синими. Геральт впервые в жизни видел такую розу. Он перевернул тело полностью и вздрогнул.

На открывшейся, искалеченной шее женщины были отчетливо видны следы зубов. Не волчьих.