Так они подходят к детскому городку, окруженному деревянным частоколом, из-за которого подымаются башенки крепости. - Глянь, дедушка, какой смешной домик построили. Старик смотрит туда, куда указывает внук. Покосившийся домик с оконцем и кривым дымарем кажется странно знакомым. - А вот и Витька с Петькой! - кричит Павлик, отпуская руку старика. Дедушка, ты меня подождешь тут, у крепости? - Ладно, беги! - подталкивает архитектор мальчика. - Старайся поменьше пачкаться, чтобы не огорчать маму, - и тут же жалеет о своих лишних словах, которые мальчик забывает, еще не дослушав до конца. Только теперь старик чувствует, что короткая дорога к детскому городку все же утомила его. Но вместо того чтобы присесть на скамейку, поставленную напротив бревенчатой крепости для бабушек и дедушек как наблюдательный пункт, он идет к покосившемуся домику. "Вчера поставили? - думает старик. - А может быть, я его. раньше не замечал? Шуточки стариковской памяти? Этого еще не хватает к "букету" моих болячек. Но почему этот домик кажется таким знакомым?" Он обходит вокруг постройки несколько раз. Домик почти плоский, метр на метр. И все же имеется дверь на петлях. "Где же я мог видеть такой домик раньше?" И вдруг вспоминает. Точно такие домишки - покосившиеся, с одним оконцем и с обязательным дымарем - он и его сверстники рисовали в детстве. "Уж его-то навернйка строил такой же старик, как я", - думает он, насмехаясь над властностью своей памяти. Но почему-то тревога закрадывается в его неспешные мысли. Он подымает голову и видит, что из трубы домика в небо вьется дымок. Пахнет свежеиспеченным хлебом. "Чудится", - думает он, но не может удержаться, чтобы не заглянуть в оконце. Улавливает за темным стеклом какое-то движение и плечом толкает дверь. Она открывается со скрипом... Теперь запах свежеиспеченного хлеба совершенно явствен. Веет теплом и еще чем-то очень знакомым. Он переступает через порог, и дощатая дверь закрывается за ним, проскрипев на ржавых петлях.