Глава ее – сурового вида джентльмен в зрелых летах, с красивым ястребиным лицом, с пышными бакенбардами и усами. Волосы – иссиня-черные, без малейшего проблеска седины; все тут же заподозрили, что крашеные. Джентльмен предпочитает темные парадные сюртуки с бархатными воротниками, табачного цвета жилеты и причудливые галстуки в крапинку; эта последняя странность – возможно, знак уважения к своим новым соседям (что само по себе свидетельствует: джентльмен прибыл из города, ведь здравомыслящие провинциалы таких не носят). Зовется джентльмен Видом Уинтермарчем; биография и происхождение неизвестны. При нем наблюдается некрасивая супруга, довольно робкая и удрученная, и прелестная дочурка с лицом весьма испуганным; эти свойства тут же списали на властную деспотичность мужа и отца. Жена казалась значительно моложе своего благоверного; девочке на вид было не больше десяти. Что до слуг, их насчитывалось далеко не столько, сколько пристало бы для такой усадьбы, что наряду с прочими неоспоримыми признаками привело мистера Айвза из «Герба» к выводу: семейство Уинтермарч отнюдь не процветает.

– Джентльмен монетами разбрасываться и не думает, – подводил итог хозяин гостиницы, просвещая завсегдатаев, собравшихся в общей зале «Деревенского герба» одним летним вечером. – Все до пенса подсчитывает: слепому понятно, что с деньжатами у него туго. Кое-кто скажет, что это – верный признак человека здравомыслящего, да только, сдается мне, не его это случай. С какой стати джентльмену, урожденному горожанину, бросать насиженные места, перевозить семью в Талботшир, где все они почитай что чужие, и обосновываться в этом чудовищном Скайлингдене, а когда дело доходит до обустройства дома, так жмотничать и скупердяйничать? По-вашему, джентльмены, это – бережливость? Нет, сэры, нет, говорю вам я. Этот жалеет каждый пенс только потому, что жалеть-то почитай мало чего осталось; не говоря уж об аренде, а сумма-то небось выходит изрядная, да день квартальных выплат не за горами.