- Ты слушаешь, Ван? - голос Джеммы прервал его воспоминания.

- Похоже, меня могут арестовать за что угодно, особенно если мне это доставляет удовольствие.

- Никого больше не арестовывают, Ван. Правонарушителям предлагается социальная помощь.

- Предлагается? То есть я могу отказаться, не так ли? Лица его собеседников вытянулись.

- Ладно, забудем это замечание. Просто включите в мою программу обучения общие поведенческие стандарты. Так будет проще, - сказал он, зевая. - А также информацию о статусе ВОП, отношении к нему правительства и граждан. Я хочу знать всё это к утру.

- Ты уверен, что больше ничего не хочешь обсудить? Личный контакт - очень важная часть реадаптации, - сказал Корри.

- Как и сон. Я был на ногах последние три дня. И давно уже не весил сотню килограммов.

- Если тебе понадобится пообщаться, Ван, мы уполномочены… - Джемма многозначительно понизила голос и улыбнулась.

- Разве мне нужно особое разрешение? - сказал Вандерхорст, вставая. - Спасибо за предложение, но я сам позабочусь о личных контактах.

Вандерхорст ушёл, уверенный, что с великим множеством вещей в 2087 году он мириться не станет.

Его разбудил яркий солнечный свет. Голова пухла от информации. Интеграция старого и нового, как всегда, происходила нелегко. Всё плыло перед глазами, нарушая нормальный ход мышления. Зажмурившись, он повернулся к тёмной стене. Немного погодя лёг на спину, приподнялся на локтях, от души зевнул и осмотрелся. Как и реадаптационное помещение, комната была отделана в стиле “рубежа тысячелетий”. Они погружали его в настоящее постепенно, мягче на сей раз.