- Я никогда не мечтал об этом. Я хотел выиграть много денег или квартиру. Устроиться на работу в крупную фирму. Я не видел во сне идеальный, никогда не существовавший Советский Союз!

- Ты зашел в аварийный дом, - сказал новый голос, металлический и насмешливый. На мгновение Андрею показалось, что это женщина. – Тебе на голову упала балка или кирпич. Припомни, не видел ли ты длинного белого коридора или, скажем, света в конце?

- Я не мертв!

- Смерти вообще нет, - назидательно сказал первый голос, внезапно вернувшись в беседу.

Когда Андрей закрывал шкаф, из него молью вылетела фраза, не произнесенная голосами.

“Все хорошее, что создано людьми, повторяется в небесах; и се есть рай”.

- Но я же не умер, - вслух сказал он, лбом привалившись к оклеенной шпоном дверце. Руки машинально провернули ключ. – Я же не умирал.

И повторил вслед за смятенным голосом, беспомощно и глухо.

- Что это?

И случилось. Однажды он пожелал вернуться, пожелал остро и неистово, и дверь вновь оказалась дверью его дома, он шагнул…

…Над головой распахнулось небо, такое темное, каким бывают только грозовые тучи, но все же чистое, безоблачное – просто оттенок такой, зацветающий лишь весной. Здесь начиналась весна, как и тогда, когда он ушел, но это была весна другого года.

Дома-за-пустырем больше не было. Ничего не оказалось в нем запредельного, подошли к нему люди и экскаваторы, дом снесли и построили на его месте другой, повышенной комфортности, облепленный спутниковыми тарелками, обсаженный квелыми деревцами. Земля под ногами была схвачена новым асфальтом, чуть в стороне сирые розы пылились в пузатых вазонах и высился бетонный забор.

От забора к нему приближались двое – сотрудник частной охраны и женщина, роскошно и неестественно одетая, как сошедшая с подиума модель. Женщину волокли за собой два чудовищных мастино, чьи поводки она судорожно сжимала маленькими ручками с наращенными акриловыми ногтями. Ногти были грязновато-красного цвета, как языки собак.