Во сне Сергей летал. Он выпал, как птенец из гнезда, в открытый космос и на все шесть сторон Вселенной - только он, далекие звезды и черная пустота. Он был без скафандра, в желтой футболке и джинсах, но дышалось почему-то легко и невесомость не пугала. Он парил в пространстве, не ограниченный ничем, и закон тяготения на него не распространялся. Ему было беспричинно весело, он кувыркался и даже пытался петь, но голоса не было слышно. Тихо, светло и настолько просторно, что казалось - тело его не имеет границ, как сама Вселенная, и до каждой звезды можно достать рукой...

- Милый, - сказала Света. - Я так соскучилась по тебе. Я теперь никуда-никуда не уйду от тебя. Ты, мой бедненький, спишь тут под открытым небом, совсем заработался, а я, бессовестная, ушла от тебя, психопатка я несчастная.

Она обнимала Сергея и целовала, и он, наконец-то, понял, что это Света пришла, и утро вместе с ней, и ночью ничего не случилось.

Была суббота. Света не работала, и они на целый день уехали за город: загорать, купаться и болтать о чем угодно, только не о доме.

Но он сам напомнил о себе. Еще издали Сергей заметил неладное, что-то изменилось в облике дома. Он стал совсем плоским - исчезли стропила. Не говоря ни слова, Сергей вбежал во двор, ожидая увидеть что угодно, но увидел, что новые, им самим обтесанные балки аккуратно лежали у забора, а старые, сброшенные как попало, тоже были уложены, только ближе к дому. Словно кто-то постарался навести порядок, да не успел к приходу хозяев, потому что старая обшивка потолка также была сложена в одном месте, но не ровно, а навалом.

- Кто это здесь похозяйничал? - спросила Света.

- Тимуровцы, наверное, - буркнул Сергей.

Настроение испортилось. Противоборство перешло к новому этапу. Нечто неизвестное пыталось восстановить дом в прежнем виде. И почти в открытую, днем. Вещи их лежали, как утром, в углу, закрытые брезентом, ничего не пропало. Растопили печь, сварили обед. Дом совсем потерял жилой вид, ему не хватало крыши, как человеку головы.