– Ты прекрасно знаешь, что я говорю совершенно искренне, – сказал Тео в ответ. – И так же хорошо знаешь, что сказанное мною – правда. Несмотря на все, что тебе пришлось пережить, ты не утратила ни малейшей доли своего очарования.

– И ты ничуть не изменился, – сказала она с шутливой усмешкой. – Передо мной все тот же суровый и неприступный Тео.

– Но кое-кому удалось-таки победить мою суровость, – ответил он с хитрой улыбкой. – Вот, познакомься: это Нэнси, моя жена.

Он нежно обнял меня за плечи, и я почувствовала тепло, которое излучал его любящий взгляд.

– Дорогая, это мисс Сара Ситон, – отрекомендовал он. – Надеюсь, вы станете лучшими подругами.

– Рада познакомиться, – сказала я, приветливо улыбнувшись.

Возглас удивления, вырвавшийся у нее; колючий взгляд, обращенный ко мне; жесткие складки в уголках рта, секунду назад улыбавшегося Тео, красноречивее всяких слов сказали мне о том, какое впечатление произвели на нее слова Тео. Однако Сара сумела быстро овладеть собой и протянула мне руку. Я была особенно рада этому рукопожатию – ведь после всего, что рассказали мне Тео и ее брат, я ожидала, что Сара встретит меня с нескрываемой враждебностью.

– Миссис Мэртсон, прошу вас простить мне мое удивление… – начала она.

– Полагаю, будущую подругу лучше называть по имени, – сказал Тео. – А ты, Нэнси, не обращай внимания – Сара сгоряча может наговорить что угодно, однако не следует воспринимать ее слишком серьезно.

– …Тео, паршивец ты этакий, – проговорила Сара, словно и не слыша его. – Признавайся, где тебе удалось найти это прелестное создание? А я-то думала, что по возвращении ты женишься на мне.

– И вовсе ты так не думала, – возразил Тео, хотя было видно, что он польщен словами Сары. – Как вообще можно было подобное предположить?

– Вот, Нэнси, полюбуйтесь, какие низкие и коварные существа эти мужчины, – с притворным ужасом воскликнула девушка. – Добро пожаловать в Новый Орлеан, дорогая! И Бога ради, не гневайтесь на меня за то, что я устроила Тео, может быть, слишком горячий прием. Я влюбилась в него, будучи совсем маленькой девочкой, и, боюсь, уже ничего не смогу с собой поделать.