-- Подожди, Матильда!.. Но ведь это смешно, Тил. Ты придумал какое-то озорство и до смерти напугал миссис Бейли. Я тоже разнервничался и хочу одного -- выбраться отсюда, чтобы не видеть больше твоих проваливающихся крышек и других глупостей.

-- Говори за себя, Гомер, -- вмешалась миссис Бейли. -- Я нисколько не испугалась. Просто на минуту в глазах потемнело. Теперь уже все прошло. Это -- сердце. В моей семье у всех сложение деликатное и нервы чувствительные. Так что же с этим тессе... или как там его? Объясните, мистер Тил. Ну же!

Несмотря на то, что супруги непрестанно перебивали его, он кое-как изложил теорию, которой следовал, когда строил дом.

-- Я думаю, дело вот в чем, миссис Бейли, -- продолжал он. -- Дом, совершенно устойчивый в трех измерениях, оказался неустойчивым в четвертом. Я построил дом в виде развернутого тессеракта. Но случилось что-то -- толчок или боковое давление, -- и он сложился в свою нормальную форму, да, сложился. -- Внезапно Тил щелкнул пальцами. -- Понял! Землетрясение!

-- Земле-трясе-ние?

-- Да, да! Тот слабый толчок, который был ночью. С точки зрения четвертого измерения этот дом можно уподобить плоскости, поставленной на ребро. Маленький толчок, и он падает, складываясь по своим естественным сочленениям в устойчивую трехмерную фигуру.

-- Помнится, ты хвастал, как надежен этот дом.

-- Он и надежен -- в трех измерениях.

-- Я не считаю надежным дом, который рушится от самого слабого подземного толчка.

-- Но погляди же вокруг! -- возмутился Тил. -- Ничто не сдвинулось с места, все стекло цело. Вращение через четвертое измерение не может повредить трехмерной фигуре, как ты не можешь стряхнуть буквы с печатной страницы. Если бы ты прошлой ночью спал здесь, ты бы не проснулся.

-- Вот этого я и боюсь. Кстати, предусмотрел ли твой великий гений, как нам выбраться из этой дурацкой ловушки?

-- А? Да, да! Ты и миссис Бейли хотели выйти и очутились здесь? Но я уверен, что это несерьезно. Раз мы вошли, значит, сможем и выйти. Я попробую...