— Эй, Аджи! — додумался местер Санди. — Поговори со своей подружкой! Что это она раскапризничалась?

Мой хороший негромко прорычал что-то в ответ. С интонациями человеческой речи. Я засмеялась.

Я уже села в машину, когда Арис опомнилась.

— Вы что же, уехать собираетесь? — растерянно спросила она.

— Да.

— Но мы же с вами собирались…

— Это вы собирались. А я собираюсь домой. Позвоните мне. Номер можно узнать в муниципалитете. Аджи, мы уезжаем, иди в машину.

Я была очень довольна.

На Фронтире я оказалась из-за Аджи. Но я на него не в обиде.

Я никогда не задумывалась, в каком районе живу. Я переехала в новую квартиру, когда получила работу. Мне исполнилось восемнадцать, и я уже три года дружила с боевым нуктой. Даже совсем маленькие домашние нукты, которые по сравнению с ним кажутся мышками, — грозные бойцы и надёжные защитники, а рядом с Аджи и подавно ничего не страшно.

Однажды я возвращалась домой ночью. Заброс, даже проверенный и безопасный — вещь увлекательная и щекочущая нервы, куда тяжелее пережить стадию планирования, все эти бумаги и файлы, бесчисленные столбики данных зондов, медкомиссии и согласования… Я шла от фонаря к фонарю, шёпотом честя кого-то, а Аджи решил погулять сам по себе и пробирался крышами у меня над головой.

Это часть моей профессии — фиксировать в памяти всё происходящее, до мелочей. Иногда мозг оператора оказывается самым надёжным хранилищем информации.

С освещённой улицы мне нужно было свернуть в переулок и пройти двадцать шагов до подъезда. Я хороша собой. Тонкая девушка со светлыми волосами шла по глухому переулку одна.