— Твой друг сообщил тебе какую-нибудь информацию об этом человеке? — поинтересовался Вейдеманис.

— Конечно, — нахмурился Дронго, — я кое-что знал о нем и именно поэтому отказывался от встречи. Я не люблю принимать в своем доме людей, в моральной чистоплотности которых сомневаюсь. Наш гость сколотил свое состояние в начале девяностых, когда, собственно, и закладывалось благосостояние нынешних миллионеров. Но даже на их фоне он выделяется своей беспринципностью и авантюризмом. Его махинации с поставками продуктов в страну стали широко известны в девяносто пятом, и тогда против него было возбуждено уголовное дело. Но в девяносто шестом должны были состояться президентские выборы, а он был тогда одним из главных «спонсоров» победившей стороны. Говорили, что он дал наличными больше трех миллионов долларов. Если учесть, что он украл больше ста, то эта сумма не сильно сказалась на его финансовом благополучии. — Дронго махнул рукой. — Противно, — поморщился он, — этот тип делает все, чтобы попасть в мой дом и наверняка будет просить о помощи. С одной стороны, мне неприятно разговаривать с таким человеком. А с другой, это моя работа. Я ведь ничего другого делать не умею. Могу только заниматься этим ремеслом.

— И неплохо заниматься, — пошутил Эдгар.

— Может быть, — согласился Дронго, — хотя мне иногда кажется, что мне было бы лучше заняться чем-нибудь другим…

Он не успел договорить, когда в дверь позвонили.

— Явился, — пробормотал Дронго, поднимаясь. — Обрати внимание на время. Наш гость весьма пунктуален. Пришел минута в минуту. Если я что-нибудь понимаю в людях, то это совсем не потому, что он относится ко мне с уважением или придерживается подобного распорядка в жизни. Наверняка у него ко мне очень важное дело.

Подойдя к двери, Дронго включил внешний обзор. Он увидел, что его гость был одет в светлый костюм и темно-синюю рубашку. Ее верхние пуговицы были расстегнуты. Мужчина был среднего роста, лысоват. У него был несколько вытянутый нос, темные глаза, мясистые щеки. На вид ему можно было дать лет сорок пять — пятьдесят. Он был в очках, и Дронго оценил очень дорогую оправу.