Он был настолько очарован ею, что часто ловил себя на том, как грезит над её вещами — солью для ванной или электрической зубной щёткой.

Но ему нужно было держать себя в руках. Он это знал. Проблема состояла в том, что ему больше не о чем было думать. Все его планы за последние три года были связаны с Мишель. Они говорили о том, чтобы купить дом, съездить в путешествие на Фиджи, может быть, пожениться и завести детей. Всё как обычно. Мишель была лидером, а Алек тянулся за ней, соглашаясь со всеми её предложениями, потому что он твёрдо знал, что пока Мишель была рядом, они смогут воплотить все мечты. Скорее, это были её мечты, а не его, но они ему нравились. Ему больше нравилось иметь цели в жизни, чем копить деньги на покупку машины. Ему нравилось быть частью знакомой обстановки. До встречи с Мишель он плыл по течению, жил со своим отцом или у друзей, иногда уезжал в Аделаиду, где соглашался на любую работу на неполный рабочий день — он был перевозчиком мебели, таксистом, официантом, помощником каменщика. Другими словами, он вёл простую жизнь и редко задумывался о том, что будет завтра.

Мишель всё изменила. Она взяла его под свою опеку и придала его жизни некоторую стабильность. Но вскоре она устала от роли опекуна. Тот прачечный бизнес, который они организовали, был последней каплей. Когда она вернулась домой из Аделаиды после трёхнедельной поездки и обнаружила в стиральной машине гору вонючего белья, которое Алек забыл развесить, пожалуй, она не на шутку рассердилась. Решила, что он был «бесполезной тратой времени и только занимал место». Пустила его по течению, и у него снова не оказалось цели, пределов и того, о чём ему пришлось бы подумать. Неудивительно, что он одержим Джанин. Он цеплялся за неё, потому что ему больше не за что было уцепиться.