И правда, почему? Я надела обруч на голову и особо не удивилась оттого, что диски пришлись точнёхонько на мои виски, да и сам обруч был впору. Никаких особенных ощущений или эмоций я не испытала. Ну обруч на голове, что с того? Почему бы ему не быть царской короной, например? Или проще – экзотическим вариантом детектора лжи, чем он, кстати, и оказался. Вот только интересно, что у него на экранчике высвечивается? Я вытянула шею, но ничего не увидела. Слегка обидевшись, я вернула голову на место.

-Я повторяю свой вопрос, – снова произнёс Рино,– с какой целью вы проникли на борт «Неустрашимого»?

– Ни с какой, – сказала я голосом Штирлица, в сотый раз твердящего Мюллеру что-то насчёт пальчиков русской пианистки, – я уже говорила об этом.

– И ничего не знали о нашем пребывании на вашей планете? – спросил Рино, глядя в невидимый мне экран своего прибора.

– Я же вам сказала – ничегошеньки! Послушайте, вы же пришли со звёзд, у вас должна быть хоть какая-то аппаратура для чтения мыслей! – продолжала я строить дурочку, – проверьте меня на ней!

-Уже проверили. Кстати, можете снять эту штуку, – сказал Рино. Он казался мне слегка удивлённым. – Вы и правда попали сюда чисто случайно. И что теперь с вами делать?

-Отпустить, – я аккуратно положила обруч на стол

-Неплохая идея. Но неосуществимая, к нашему обоюдному сожалению.

Тут мне слегка поплохело.

-Это почему же неосуществимая? Я что, не могу отправиться домой?

-Именно. Мы не можем допустить разглашения информации о нашем здесь пребывании. Это может поставить под удар… Неважно что. Вы и так слишком много узнали.

Н-да. Как говорится – меньше знаешь, дольше живёшь. Но мне-то что делать?