Нашли мы Мережко в самой что ни на есть бесконтрольной зоне 30ж. Было тут бесхозное царство, местный царь зашел в иноземное посольство и попросил там политического убежища. Созвал жителей Мережко, и выбрали они его демократическим способом в цари за неимением лучшего, приговаривая: на бесптичье-то... А вот семейная жизнь не получилась у условно молодых даже во дворце. То ли по легкомыслию, то ли по тайному веления сердца женушка поднесет муженьку или водицы, от которой рога вырастают, или пряничка, от которого морда козлиной делается. Мы, чтобы Мережко выручать, во дворец устроились придворными. Но за нашу бдительность Василиса нас все время в должности понижала, так что вскоре стал я кухонным мужиком, вернее, тунеядцем, а Тристан, как более способный, свинопасом. Когда же мы посоветовали царевичу проделать древний сказочный обряд "очищения бабы", то есть разрубить царевну, всех жаб, гадов и прочую символику из нее вытряхнуть, да снова срастить половинки, разжаловать дальше было некуда. Поэтому, упростив задачу, Василиса просто выгнала нас взашей без выходного пособия. Прошло только три дня и три ночи, царевич на охоту отправился. А к Василисе гость дорогой завалился, как это иногда еще бывает. Звали того пришельца Змей Горыныч. Откуда узнал, откуда пронюхал о царевне, неясно. Одним словом, с любыми любимыми не расставайтесь. И вообще, модуль Змея Горыныча, должно быть, какой-то вредитель сочинял, потому что получился не просто оборотень, но и коварный соблазнитель. Он нам даже во времена относительного порядка на игровых полях любую благопристойную картинку портил. А мы-то все кивали - не бывает-де программ без ошибок. Настоящей подлости без напускного благородства не бывает! Вот и сейчас перекинулся Змей Горыныч молодым удальцом, сокольничим соседского царя Салтана. Со стихами Пушкина явился на устах и подмигиванием в глазах. Был он похож, как две капли, на магистра Афанасия-Афанасия. Стали эти двое, очевидно, не в шашки-шахматы состязаться.